17:47 

дом, он сам по себе. он как бы твой, только ты уже не его. признаешь это, и потому не раздражаешься на то, что дверь от мойки падает тебе на левую ногу, дверь от морозилки падает на правую ногу, ручки крана в ванной бьют током… говоришь пор себя малодушные мысли: «это меня не касается, я все равно завтра уезжаю». и не осталось уже того, что любила. остались лица родных людей, тоже меняющиеся но остающиеся любимыми. только мама вот все чаще и чаще стала оговариваться, назвать сестринским именем, после пристыжено оправдываясь. любовь-тоска на расстоянии и отчужденность вблизи, меня раньше шокировали. да и в их глазах я безвозвратно повзрослела.
зато пили с папой пиво, репетировали с мамой дачу взятки, веселились и хулиганили с Дашкой, глумились над свиньей, ели торт. в общем душевно посидели, единение и все такое…

20:50 

в черной проголоди уже зимней ночи, возле вечного сугроба с надкушенным лбом, сквозь окно увидела я пятилетнего мальчика (почему-то подумалось, что пятилетнего, непременно пятилетнего) с песочным ведерком и лопаткой. Изгнанный отовсюду, один среди холода и тоски, он не мог раскрошить зачерствевший снег. Он покорствовал в безлюдной своей ночи, и полый квартал старостроек, с расщелинами на стенах – будто порванная спьяну на груди рубаха – был не нужен ему. Господи, как кинулись спасать тогда его, да не смогли: это десять часов утра пробило, это мы превращаемся в крыс, это мы не заметили, как прошла ночь, это чей-то терьер возбужденным шаром кружит над землей, сдвинув в общую связку свои четыре лапы. А нам еще жить, да жить…

18:40 

«аплодисменты режиссеру – актер издох, софит упал»

заглянула туда - нет там ни какого коридора со светом в конце… или я ни туда попала, или рано еще мне…ни, тебе прозрения духовного, ни откровенья божьего, так бессмысленно все оказывается…человек верит что доползет, отдохнет, начинает неистово верить в бога…а остается в один с пустым, звенящем страхом, со своим ломаным и трясущимся телом на холодном кафеле…

14:17 

нелепость пришла в половине седьмого, когда мы с моей московской подругой, голосами, свалявшимися в стенах вокзала, в сыпи встречающих-провожающих-пиезжающих- отъезжающих, раскладывали слова, расставляли их по углам. и один из наших персонажей говорил: "мы всю жизнь проводим на чемоданах, но не дай нам бог собраться в дорогу, мы немедленно затоскуем, как тряпичные куклы по опоре из рук." отнимите … отнимите у нас предмет ненависти и нам нечего будет любить.


16:04 

спасибо тебе, ты выхватил меня у меня. мне это всегда тяжко, но тебе простительно.

09:37 

о 19 - ом таксомоторном парке:

чувства самые противоречивые – телу приятно, морали трудно.
морали, морали… и замарали.
но все равно я встану (с рабочего места) и снова буду пить.

09:52 

Вопрос, права ты или не права, у нас никогда не возникнет.
Ты не права, даже если права.
Я права, даже если не права.
Потому что ты левой, а я правой.

11:14 

via vita

Если бы ты была хоть капельку на меня похожа, я застрелила бы тебя и себе пустила бы пулю в лоб.

09:16 

...вчера мне сказали, что у меня руки растут из противоположного места, нежели у других.

с этим надо как-то жить.

15:20 

тест для "натуральных" мужчин.

...первое, на что обращают внимание "настоящие натуральные" мужчины - это красная коробка перевязанная скотчем:

- Девушка, это хомячки?
- Крыса.
- А как зовут крысу?
- Гульбарий.
долго молчит. думает.

- А вас как зовут?
- Х.
- Х.?
долго молчит. думает.

- А я Алик, очень приятно.
- Несказанно.
- А может в гости, чаю попьем?
- Нет, спасибо, я лесбиянка.
долго молчит. думает.

12:10 

завтра застрелюсь,
если сегодня слеплю пулю из говна.

17:20 

закономерность возрастания личностной ценности субъекта после получения травматического опыта:
1. любовь всеобъемлющая – даже детям в коляски плевать не захотелось.
2. проникновенность к убогим и слабоумным – желание защищать девушек настораживает, это и есть самый короткий путь к самоотречению.
3. трезвый взгляд на жизнь – пить не тянет, тянет есть.

18:07 

жасмин отцвел.
забитый пылью ствол забыт.

решетка зелена,
свежа травой, покраской пахнет.

масштаб.
или о великанах:

высокая широтой
и широкая долготой мама,
отрывая свое низкое широтой
и широкое низостью дитя от зеленой решетки, толково внушала соотношения:
«столько людей проходят мимо, и все им что-то кидают...
подумай сам...
их тоже перекармливать не стоит...».

17:21 

молчаливо.

молчаливо.
об этом никто не узнает.

я, как та цапля – стою на одной ноге и не знаю, что живу не в пруду, а в луже.
а эта женщина на красных каблуках (красные каблуки под женщиной) - для меня, всего лишь крошки чипс, высыпанных из пакета.


боюсь того момента, когда жизнь и люди начнут восприниматься мерой отношений ко мне.

16:07 

о высокомерии.

высокая мера. мерить высокой мерой. так, наверное, и делает бог.
свысока мерить и высокой мерой. это нечто вроде очень редкого решета: маленькие мерзости, как и маленькие добродетели – проскальзывают. куда? – в небытие.
высокомерие, это полное отсутствие мелочности.
посему – очень выгодное свойство...для других.

10:11 

о зоопарке.

нас сегодня немного взорвали...

18:40 

вечерело...

люди, у меня модем заговорил.
человечьим голосом. нежным. женским.
"алло, говорит, алло".
я к нему ухом.
надежда на секс по модему во мне еще горит.

18:53 

о ней и хвосте...

она зашла ко мне не со злом. (зло сидело дома, или пило "пепси";)
она даже не сказала мне ни слова, просто сунула свой хвостик в дверной проем, вильнула им кокетливо мимо меня, а его грубо, подло, злонамеренно прищемили. этот ее маленький, розовенький, чувственный хвостик.
с писком и недоверием она удалилась, спряталась.

неуклюжее я, грубое, грязное животное.

13:03 

хулиганю...

это не событие, просто еще один человек ушел из моей жизни
не могу внятно оформить свое отношение к происшедшему, пожимаю плечами, репу чешу...

какого хера эти мышки-кошки.

да или не да?

22:22 

свобода, вино, наркотики, женщины...

ну полковник, ну сука ты ментовская, 15 суток безвозмездно от забора до рассвета.
типа общественный труд он облагораживает? - делает из человека обезьяну и обратно.

Нефть

главная